# Дело сварливого свидетеля

Эрл Стенли Гарднер

Было раннее утро, и тень гор все еще лежала на улицах города, когда мощная сирена отчаянно завопила на крыше «Коммерческой компании Джебсона».

Пожар мог случиться в любую минуту. Поэтому сотрудники фирмы, сидевшие за завтраком, повскакали из-за столов, те, кто брился, наскоро стерли пену со щек, а только проснувшиеся впопыхах натянули на себя одежду. Все выскочили на улицу, стараясь понять, откуда валят клубы дыма.

Но дыма не было.

Сирена продолжала вопить. И служащие фирмы цепочкой потянулись по улицам, как муравьи из потревоженного муравейника. Все они направлялись к «Коммерческой компании Джебсона».

Тут они узнали, что на фирме кто-то вскрыл главный сейф. В его дверце зияла рваная дыра, выжженная ацетиленовой горелкой.

Было как раз пятнадцатое число. Вчера, как это обычно происходило дважды в месяц, из Национального банка Айвенго привезли зарплату. Она-то и была похищена. Сотрудники молча переглядывались.


Фрэнк Бернал, управляющий шахтой компании, железной рукой правил в Джебсон-Сити. Прибыв на место происшествия, он тотчас занялся расследованием. Вся ответственность лежала на нем, и то, что он обнаружил, внушало тревогу.

В заднем помещении на полу в пьяном сне валялся ночной сторож Том Менсон. Специальная сигнализация, установленная шесть месяцев назад, была выведена из строя с помощью особой электрической схемы. Судя по хитроумности этой схемы, было ясно, что кто-то из воров неплохо разбирался в электротехнике.

Ральф Несбит, главный бухгалтер компании, многозначительно молчал. Когда год назад Фрэнка Бернала назначили управляющим, Несбит предупреждал его, что главный сейф компании устарел.

Вступив в должность, Бернал изо всех сил старался показать себя рачительным хозяином. Он решил избежать огромных расходов по демонтажу старого сейфа, приобретению и установке нового. Приобрел современную сигнальную систему и нанял специального охранника.

А теперь из сейфа украли сто тысяч долларов, и Фрэнку Берналу предстояло доложить об этом в центральный офис фирмы в Чикаго. А ведь там уже лежала проклятая докладная об устаревшем сейфе, которую в свое время туда направил Ральф Несбит.


Перри Мейсон, знаменитый адвокат, вел машину по горной дороге в районе Джебсон-Сити. Он давно задумал поехать сюда порыбачить. Однако из-за затянувшегося до полуночи заседания суда не смог выехать пораньше. И вот сейчас, в восемь тридцать утра, он гнал машину на предельной скорости.

Вся рыболовная экипировка: удочка, резиновые сапоги и наживка — лежала в багажнике. Адвокат все еще был в костюме, в котором выступал в суде. И, просидев всю ночь за рулем, он уже предвкушал прохладный воздух поросших сосняком горных вершин.

Когда машина выскочила из-за поворота горной дороги, яркий красный свет ослепил уставшие за ночь глаза водителя. Знак с надписью «Стой! Полиция!» перегородил дорогу. Двое хмурых мужчин с винтовками в руках и серебряными звездами шерифов на рубашках стояли, расставив ноги, по обе стороны знака. Третьим был мотоциклист в полицейской форме.

Мейсон с трудом остановил машину.

Человек со значком заместителя шерифа подошел к нему:

— Предъявите водительское удостоверение, пожалуйста, — попросил он, пояснив, что в Джебсон-Сити произошло крупное ограбление.

— Что вы говорите? — удивился Мейсон. — Я проезжал через Джебсон-Сити час назад, и там вроде все было спокойно.

— А где вы находились с тех пор? — поинтересовался шериф.

— Останавливался у станции техобслуживания, затем завтракал в ресторане, — ответил адвокат.

— Предъявите водительское удостоверение, — повторил полицейский.

Мейсон подчинился.

Заместитель шерифа уже совсем было собирался вернуть Перри Мейсону документ, но вдруг взглянул снова.

— Вот это да! — воскликнул заместитель шерифа. — Знаменитый адвокат!

— Не такой уж знаменитый, — снисходительно пояснил Мейсон. — Хотя я действительно адвокат и иногда довольно успешно защищаю граждан, обвиняемых в преступлениях.

— Что вы делаете в нашем районе? — поинтересовался полицейский.

— Хочу порыбачить.

Полицейский с подозрением оглядел его.

— А почему вы так одеты?

— Потому, — с улыбкой терпеливо ответил Мейсон, — что я пока еще не ловлю рыбу.

— Но вы же сказали, что едете на рыбалку…

— Сегодня ночью, к примеру, я собираюсь поспать, — произнес Мейсон. — Так что же, по-вашему, я уже должен быть в пижаме?

Помощник шерифа смущенно нахмурился. Полицейский на мотоцикле, рассмеявшись, сделал Мейсону знак, означающий разрешение ехать.

Помощник шерифа поглядел вслед удаляющемуся автомобилю.

— Что-то здесь явно не так, — пробурчал он. — Я ничего не понял из его ответов…

— Все в порядке, — возразил мотоциклист.

Но эта встреча с адвокатом не выходила у него из головы. Поэтому, когда досужий репортер из местной газеты спросил помощника шерифа, нет ли чего интересного для печати, тот ответил положительно.

Вот почему личный секретарь Перри Мейсона Делла Стрит очень скоро с удивлением прочла в столичных газетах, что известный адвокат Перри Мейсон, по слухам, был нанят представлять в суде лицо или лиц, ограбивших сейф «Коммерческой компании Джебсона». По-видимому, Мейсона «наняли» еще до ареста его «клиента».


Когда на следующий день Перри Мейсон позвонил по междугородному телефону в свой офис, Делла сказала:

— Я думала, вы отправились в горы на отдых.

— Так оно и есть. А в чем дело? — недоуменно спросил ее шеф.

— В газетах пишут, что вы представляете в суде грабителей «Коммерческой компании Джебсона».

— Впервые об этом слышу, — ответил Мейсон. — Я проехал Джебсон-Сити еще до ограбления. Потом остановился позавтракать, а затем в дороге меня задержал полицейский кордон. Оказывается, некоему ретивому помощнику шерифа показалось, что этого достаточно, чтобы обвинить меня в косвенном соучастии в преступлении!

— Между прочим, — продолжала Делла Стрит, — они схватили подозреваемого по имени Харви Л. Корбин. По-видимому, против него выдвинуты довольно веские обвинения. Они намекают на какие-то загадочные доказательства, которые будут раскрыты только в суде.

— Так это он совершил преступление? — спросил Мейсон.

— Так считает полиция. Этот человек уже привлекался к суду. Когда его наниматели в Джебсон-Сити узнали об этом, ему предложили убраться из города. Это было вечером, как раз перед ограблением.

— Не может быть! — удивился Мейсон.

— Дело в том, что в Джебсон-Сити одна большая компания владеет всеми домами в городе. Она сдает их своим сотрудникам. Насколько я знаю, жене Корбина и его дочери было разрешено остаться в городе, пока он не найдет новое место. Но от самого Корбина потребовали, чтобы он немедленно покинул город. Надеюсь, вас не интересует это дело?

— Ни в малейшей степени, — спокойно ответил Мейсон. — Разве что на обратном пути, проезжая через Джебсон-Сити, я все же остановлюсь, чтобы послушать местные сплетни.

— Только не это, — предупредила Делла. — Этот Корбин — типичный неудачник, а вы сами знаете свою слабость к неудачникам.

Интонация ее голоса показалась Перри подозрительной.

— Делла, мне показалось, у тебя уже были просители?

— Честно говоря, да, — ответила личный секретарь адвоката. — Миссис Корбин прочла в газетах, что вы будете представлять в суде ее мужа, и была вне себя от радости. Кажется, она уверена, что ее мужа просто подставили. Она не упоминала о его преступном прошлом, говорила, что по-прежнему любит его и не собирается бросать.

— Значит, ты говорила с ней? — переспросил Мейсон.

— Несколько раз. Но я старалась действовать осторожно. Сказала ей, что, скорее всего, это просто газетная утка. Видите ли, шеф, в полиции уверены, что это сделал Корбин. В качестве вещественного доказательства они взяли у его жены какие-то деньги. Эти деньги оказались украденными из сейфа.

— И у нее не осталось ни гроша? — поинтересовался адвокат.

— Ни цента. Корбин оставил ей сорок долларов, а полиция забрала их как вещественное доказательство.

— Я немедленно выезжаю, — решительно сказал шеф. — Скажи ей, что я буду завтра.

— Так я и думала, — расстроилась Делла Стрит. — Зачем вы только позвонили? Почему бы вам не остаться там со своими рыбами? Как жаль, что ваше имя опять замелькало во всех газетах!

Мейсон весело рассмеялся и повесил трубку.

Пол Дрейк, глава частного детективного агентства, вошел в контору Мейсона.

— Ты в замазке, Перри, — объявил он, усаживаясь в большое кресло.

— В чем дело? — спокойно спросил адвокат. — Тебе ничего не удалось наварить?

— Навар-то есть. Но вряд ли он тебе понравится, Перри. Твой клиент виновен, — ответил Дрейк.

— И что дальше? — спросил Мейсон.

— Деньги, которые он оставил своей жене, оказались украденными из сейфа компании.

— Откуда известно, что это украденные деньги? — поинтересовался Мейсон.

Дрейк достал из кармана записную книжку.

— Вот как все это выглядит. Управляющий фирмой владеет всем городом. Там нет никакой частной собственности. «Компания Джебсона» контролирует все.

— Неужели нет ни одной мелкой, частной компании? Дрейк покачал головой.

— Нет. Если не считать частной компанией уборщика мусора. Старый чудак по имени Джордж Эдди живет в пяти милях вниз по каньону. У него есть свинарник, и он собирает в городе мусор. Кажется, он все еще хранит тот самый первый доллар, который заработал. Мусорщик зарывает заработанные деньги в землю в банках, потому что ближайший банк находится в Айвенго-Сити.

— Кстати, об ограблении. Ведь грабители, чтобы вскрыть сейф, должны были привезти с собой ацетиленовые баллоны и…

— Они взяли все необходимое прямо со склада компании, — ответил Дрейк. И тут же добавил: — Сторож Менсон любил приложиться к бутылке виски где-то в районе полуночи. Говорит, что это лучшее средство от сонливости. Конечно, это запрещено. И никто не должен был знать об этой его привычке, и все же кто-то был об этом прекрасно осведомлен. Сторожу в виски подмешали снотворное. Том принял свою обычную дозу и в результате крепко заснул…

— Какие есть доказательства виновности Корбина? — спросил Мейсон.

— Он уже был однажды осужден за воровство. У компании жесткое правило — не брать на работу никого с криминальным прошлым. Корбин умолчал о своей судимости и был принят. Управляющий Фрэнк Бернал узнал об этом, пригласил к себе Корбина около восьми часов в тот вечер, когда произошло ограбление, и приказал ему убираться из города. Управляющий дал согласие, чтобы жена и дочь Корбина остались в доме, пока тот не найдет себе работу в другом городе. Утром Корбин уехал из города, оставив жене деньги. Оказалось, что эти деньги были украдены из сейфа.

— Почему они так решили? — спросил адвокат.

— Не знаю, — откровенно ответил Дрейк. — Мистер Бернал совсем не прост. Он якобы может доказать, что деньги Корбина украдены из сейфа. — Помолчав, детектив продолжал: — Как я уже сказал, ближайший банк находится в Айвенго-Сити. Компания выдает служащим зарплату дважды в месяц наличными. Главный бухгалтер Ральф Несбит не так давно хотел установить новый сейф. Бернал отказался, ссылаясь на большие расходы. А теперь компания вызывает Бернала и Несбита в главный офис в Чикаго для доклада. Ходят слухи, что управляющего могут даже уволить. А управляющим назначить нынешнего главного бухгалтера Несбита. Несколько директоров недовольны Берналом и могут использовать подвернувшийся шанс. Они откопали докладную записку Несбита о том, что сейф устарел. В свое время Бернал проигнорировал ее. — Глава детективного агентства, вздохнув, спросил: — На какой день назначен суд, Перри?

— Предварительные слушания начнутся в пятницу утром. Там выяснится, что у них есть против Корбина.

— Они готовят тебе ловушку, — предупредил Пол Дрейк. — Будь наготове, Перри. Окружной прокурор что-то задумал, какой-то сюрприз, чтобы загнать тебя в западню.


Несмотря на длительный опыт работы в качестве обвинителя, Вернон Флешер, прокурор округа Айвенго, слегка нервничал. Перри Мейсон был серьезным противником. Однако наличие тайных козырей успокаивало прокурора.

Судья Хэсвел, чувствуя на себе заинтересованные взгляды присутствующих, держался несколько напыщенно. Однако строго соблюдал все судебные формальности.

Но особенно раздражали адвоката Перри Мейсона зрители. Он чувствовал, что они смотрят на него не как на защитника интересов своего клиента, а видят в нем какого-то волшебника, способного творить чудеса. Ограбление сейфа шокировало общественность. По всему чувствовалось твердое намерение наказать преступника вопреки любым юридическим трюкам Мейсона.

Верной Флешер вовсе не собирался приберегать свой сюрприз для головокружительного финала. Он предъявил его в самом начале разбирательства.

Вызванный в качестве свидетеля управляющий шахтой компании Фрэнк Бернал описал расположение сейфа, опознал его на фотографиях и вздрогнул, когда окружной прокурор внезапно спросил:

— Вы согласны с тем, что сейф устарел?

— Да, сэр, — тихо сказал Бернал.

— Вам указывал на этот факт один из ваших сотрудников, мистер Ральф Несбит?

— Да, сэр.

— И какие меры вы приняли?

— Вы, кажется, допрашиваете собственного свидетеля? — с удивлением спросил Перри Мейсон.

— После его ответа на мой вопрос вы поймете, в чем дело, — нахмурившись, бросил прокурор.

— Можете отвечать на вопросы, — сказал адвокат свидетелю.

Бернал устроился в кресле поудобнее.

— Чтобы избежать расходов по демонтажу старого сейфа и установке нового, я принял меры по усилению безопасности имеющегося сейфа.

— И что же это были за меры?

— Я нанял ночного сторожа. Установил самую лучшую систему сигнализации из всех имеющихся в продаже и договорился с руководством Национального банка Айвенго, где мы получаем зарплату, чтобы они переписывали номера всех двадцатидолларовых банкнотов в каждой выдаваемой сумме.

Адвокат внезапно выпрямился.

Прокурор бросил на него злорадный взгляд.

— Вы хотите сказать суду, мистер Бернал, — проговорил он самодовольно, — что вам известны номера банкнотов из той суммы, которая была доставлена пятнадцатого?

— Да, сэр. Конечно не всех банкнотов, как вы понимаете. Это заняло бы слишком много времени. Но у меня есть номера всех двадцатидолларовых купюр, — ответил управляющий.

— И кто записал эти номера? — спросил прокурор.

— Национальный банк Айвенго.

— И у вас есть с собой список этих номеров?

— Да, сэр. — Бернал предъявил список. — Мне кажется, — сказал он, холодно взглянув на бухгалтера Несбита, — что эти меры предосторожности обошлись нам намного дешевле, чем покупка нового сейфа.

— Предлагаю приобщить к делу этот список как вещественное доказательство, — сказал прокурор Флешер.

— Одну минуту, — возразил Мейсон. — Я хотел бы задать пару вопросов управляющему. Вы сказали, что список написан не вашим почерком, мистер Бернал?

— Да, сэр.

— Известно ли вам, кто написал его? — спросил Мейсон.

— Помощник кассира Национального банка Айвенго.

— Ну что ж, — вмешался Верной Флешер. — Если вы хотите соблюдать все формальности, мы не возражаем. Вы свободны, мистер Бернал. Вызываю в качестве свидетеля помощника кассира.

Гарри Риди, помощник кассира Национального банка Айвенго, отвечал с точностью машины. Он подтвердил, что список написан его рукой. Сказал также, что указал в нем номера банкнотов, вложил его в конверт, запечатал и отослал вместе с деньгами в компанию.

— Можете допросить свидетеля, — разрешил прокурор. Мейсон внимательно изучил список.

— Все эти номера написаны вашим почерком? — спросил он Риди.

Помощник кассира банка подтвердил.

— А вы сверили эти номера с номерами двадцатидолларовых банкнотов?

— Нет, сэр. Лично я не делал этого, — сказал Гарри Риди. — Этим занимались два моих помощника. Один из них сверял номера банкнотов, а другой — номера, которые я указал в списке.

— Суммы выплат составляют примерно сто тысяч долларов дважды в месяц?

— Верно. С тех пор как мистер Бернал стал управляющим, мы готовим такие списки. Мы никогда не сортируем номера в арифметическом порядке. Серийные номера просто переписываются. В обычных случаях ничего больше не требуется. В случае ограбления мы можем переписать номера банкнотов в арифметическом порядке.

— Все эти номера записаны вашей рукой? — еще раз уточнил адвокат.

— Да, сэр, — подтвердил помощник кассира банка. — Более того, обратите внимание, что внизу каждой страницы я поставил свои инициалы.

— Вопросов больше нет, — сказал Мейсон.

— Предлагаю еще раз приобщить этот список к делу в качестве вещественного доказательства, — произнес прокурор Флешер.

— Принято, — подтвердил судья Хэсвел.

— Следующий свидетель Чарльз Освальд, шериф, — объявил окружной прокурор.

Шериф, долговязый медлительный человек, занял место свидетеля.

— Вы знакомы с Харви Корбином, обвиняемым по данному делу? — задал вопрос окружной прокурор.

Шериф подтвердил.

— Вы знакомы с его женой?

— Да, сэр.

— Утром пятнадцатого числа этого месяца, то есть утром, когда было совершено ограбление «Коммерческой компании Джебсона», у вас состоялась беседа с миссис Корбин? — задал следующий вопрос прокурор.

— Так точно, сэр, — подтвердил шериф.

— Вы спросили ее, чем занимался ее муж предыдущей ночью?

— Минутку, — прервал адвокат Мейсон. — Я возражаю против этого вопроса. Любая беседа шерифа с миссис Корбин не может быть использована в суде против обвиняемого. В нашем штате жена не обязана выступать свидетелем против своего мужа. Поэтому любое ее заявление в суде будет нарушением этого правила. Кроме того, я возражаю еще и потому, что этот вопрос ведет к пересказу слухов.

Судья Хэсвел задумался.

— Полагаю, мистер Мейсон прав, — заключил он.

— Я перефразирую свой вопрос, мистер шериф, — сказал окружной прокурор. — Вы забрали какие-либо деньги у миссис Корбин утром пятнадцатого числа?

— Возражаю против данного вопроса, как неправомочного и не относящегося к делу, — сказал Мейсон.

— Ваша честь! — раздраженно воскликнул обвинитель Флешер. — В этом вопросе заключена суть данного дела! Мы можем доказать, что два из украденных двадцатидолларовых банкнотов находились у миссис Корбин.

Адвокат возразил:

— Доказательство не может считаться предъявленным, пока обвинение не подтвердит, что эти банкноты были переданы миссис Корбин ее мужем.

— В том-то все и дело, — сказал Флешер. — Эти банкноты были переданы ей обвиняемым.

— Откуда это вам известно? — поинтересовался Мейсон.

— Она сама сказала шерифу, — ответил обвинитель.

— Это просто слухи, — отрезал Мейсон. Судья Хэсвел заерзал в своем кресле.

— Кажется, мы попали в сложную ситуацию. Жена не может свидетельствовать против мужа, и мне кажется, что ее заявление шерифу не может быть использовано в суде.

— Тогда, ваша честь, — отчаянно сопротивлялся Флешер, — мы можем воспользоваться законом об общем имуществе. Деньги были у миссис Корбин. Поскольку она жена обвиняемого, эти деньги были их общей собственностью. Поэтому они частично являются и собственностью обвиняемого.

— Ну что ж, — сказал судья Хэсвел, — думаю, с вами можно согласиться. Предъявите двадцатидолларовые банкноты. Я отклоняю протест защиты.

— Шериф, представьте нам двадцатидолларовые банкноты, — торжествующе объявил Флешер.

Предъявленные банкноты были занесены в список вещественных доказательств.

— Можете задавать вопросы свидетелю, — вежливо предложил прокурор Флешер.

— У меня нет вопросов к этому свидетелю, — сказал Мейсон. — Но я хотел бы подробнее допросить мистера Бернала. Вы прервали показания управляющего, чтобы предъявить список банкнотов. И я не успел допросить его.

— Прошу прощения, — извинился Флешер. — Мистер Бернал, займите место свидетеля. — После того как ему успешно удалось внести банкноты в список вещественных доказательств, его тон стал подчеркнуто вежливым.

— Находящийся здесь список банкнотов был написан на бланке Национального банка Айвенго?

— Да, сэр, — подтвердил управляющий компанией.

— Он состоит из нескольких страниц, и в конце списка стоит подпись помощника кассира?

— Да, сэр.

— И на каждой странице есть инициалы помощника кассира?

— Да, сэр.

— Такова была схема, которую вы придумали, чтобы обезопасить компанию от возможного ограбления?

— Не для того, чтобы оградить компанию от возможного ограбления, мистер Мейсон, — пояснил Фрэнк Бернал, — но чтобы облегчить задачу возвращения денег в случае ограбления.

— Такой план действий вы противопоставили заявлению мистера Несбита о том, что сейф устарел?

— Да, это часть моего плана, — уточнил управляющий. — Хотел бы напомнить, что мистер Несбит молчал о ненадежности сейфа, пока я не занял место управляющего. Мне кажется, что он пытался поставить мне палки в колеса и доказать, что под моим управлением компания стала получать меньшую прибыль. Полагаю, — добавил, стиснув зубы, Бернал, — мистер Несбит ожидал, что его назначат управляющим. Он был очень разочарован. И кажется, до сих пор мечтает о месте управляющего.

Сидя в зрительном зале суда, Ральф Несбит бросал сердитые взгляды на Бернала.

— У вас состоялась беседа с обвиняемым в ночь на четырнадцатое? — спросил Мейсон управляющего.

Бернал подтвердил.

— Вы объяснили ему, что по достаточно веским причинам немедленно увольняете его и предлагаете очистить помещение?

— Да, сэр.

— И выдали ему зарплату наличными?

— Выдал ему деньги в моем присутствии бухгалтер, мистер Несбит. Он достал их из сейфа, из ящика с мелкой наличностью.

— Не случилось ли так, что Корбин получил эти два двадцатидолларовых банкнота, которые вы здесь представили, в качестве части своей зарплаты?

Управляющий покачал головой.

— Я уже думал об этом, — сказал он. — Но это невозможно. Вся сумма была получена из банка в запечатанном пакете. Включая и два двадцатидолларовых банкнота.

— А где находился список двадцатидолларовых банкнотов? — спросил адвокат.

— В запечатанном конверте. Деньги положили в сейф. А конверт со списком я закрыл в ящике моего стола.

— Вы готовы дать клятвенное заверение, что ни вы, ни мистер Несбит не имели доступа к этим двадцатидолларовым банкнотам в ночь на четырнадцатое?

Фрэнк Бернал подтвердил.

— Вопросов больше нет, — сказал Мейсон.

— Вызываю в качестве свидетеля главного бухгалтера компании Ральфа Несбита, — объявил окружной прокурор Флешер. — Ваша честь, — обратился он к судье, — я хочу точно зафиксировать время, когда произошли эти события.

— Очень хорошо, — одобрил судья Хэсвел. — Мистер Несбит, займите место свидетеля.

Ральф Несбит ответил на обычные предварительные вопросы.

— Вы присутствовали при беседе между обвиняемым Харви Корбином и Фрэнком Берналом четырнадцатого числа этого месяца? — спросил окружной прокурор.

Бухгалтер ответил утвердительно.

— Когда состоялась эта беседа?

— Около восьми часов вечера.

— Не вдаваясь в подробности, я хотел бы спросить вас об общем впечатлении, которое у вас осталось от этой беседы. Обвиняемый был уволен и получил приказ немедленно покинуть территорию компании?

— Да, сэр.

— Ему были выплачены все причитавшиеся деньги?

— Да, сэр. Наличными. Я сам брал деньги из сейфа, — подтвердил Ральф Несбит.

— А где находилась в это время сумма, привезенная из банка?

— В запечатанном конверте в специальном отделении сейфа. Как кассир, только я имею ключ от этого отделения. Еще днем я съездил в Айвенго-Сити и получил этот пакет с деньгами и конверт с номерами банкнотов. Я лично закрыл пакет с деньгами в сейфе.

— А список с номерами банкнотов?

— Мистер Бернал закрыл его в ящике своего стола.

— Можете допросить свидетеля, — сказал окружной прокурор.

— Вопросов нет, — ответил Мейсон.

— Обвинение закончило представление дела, ваша честь, — подвел итог Флешер.

— Мы хотели бы посовещаться несколько минут, — обратился Мейсон к судье Хэсвелу.

— Хорошо, только не долго, — согласился судья. Мейсон повернулся к детективу Дрейку и своему секретарю Делле Стрит.

— Ну вот, Перри, — сказал Дрейк. — Перед тобой вещественные доказательства преступления.

— Вы хотите вызвать обвиняемого для допроса? — спросила Делла Стрит.

Мейсон покачал головой.

— Он уже имел одну судимость. Кроме того, согласно правилу юриспруденции, если одна сторона приводит какую-то часть беседы во время допроса, другая может привести всю беседу. Разговор, который состоялся, когда Корбина уволили, шел о том, что он солгал о своем преступном прошлом. Я полагаю, что так это и было.

— И он продолжает лгать и сейчас, — сказал детектив. — Боюсь, Перри, ты проиграл это дело. Пожалуй, следует пойти на чистосердечное признание и подумать, какую сделку можно заключить с прокурором Флешером.

— Видимо, никакой сделки не получится, — ответил адвокат. — Флешер хочет прославиться чистой победой надо мной… Минутку, Пол, — сказал он вдруг. — У меня появилась идея.

Мейсон внезапно развернулся, отошел в сторону и встал спиной к переполненному залу суда.

— Вы готовы? — спросил судья. Адвокат повернулся к нему.

— Я готов, ваша честь. У меня есть свидетель, которого я хотел бы вызвать в зал суда. Его нужно вызвать принудительной повесткой. И он должен принести с собой определенные доказательства, которыми он обладает.

— Кто этот свидетель и каковы доказательства? — спросил судья.

Мейсон быстро подошел к детективу Полу Дрейку.

— Как зовут того чудака мусорщика? — тихо спросил он. — Ну, того самого, который хранит свои деньги при себе наличными?

— Джордж Эдди, — подсказал детектив. Адвокат обратился к судье:

— Моего свидетеля зовут Джордж Эдди. Доказательства, которые я хочу, чтобы он представил суду, — это все двадцатидолларовые банкноты, которые он заработал за последние шестьдесят дней.

— Ваша честь, — запротестовал Флешер, — это неслыханно! Насмешка над правосудием, издевательство над судьями!

— Заверяю вас, ваша честь, — обращаясь к судье Хэсвелу, сказал адвокат, — что и свидетель, и его доказательства имеют прямое отношение к настоящему судебному делу. Если нужно, я готов дать показания под присягой. Как адвокат обвиняемого, хотел бы подчеркнуть, что, если суд откажется вызвать моего свидетеля, тем самым он лишит обвиняемого права на беспристрастное расследование его дела.

— Я выпишу повестку, — раздраженно сказал судья Хэсвел. — И в ваших собственных интересах, мистер Мейсон, чтобы показания свидетеля действительно относились к нашему процессу.

Джордж Эдди, небритый и изрядно раздраженный, поднял правую руку, принося присягу. Мусорщик бросал свирепые взгляды на Перри Мейсона.

— Мистер Эдди, — обратился к нему Перри Мейсон. — У вас есть контракт на уборку мусора в Джебсон-Сити?

Свидетель ответил утвердительно.

— Как долго вы занимаетесь уборкой мусора в этом городе?

— Больше пяти лет, и хотел бы предупредить вас… Судья Хэсвел застучал молотком.

— Свидетель, прошу отвечать на вопросы без комментариев.

— Я буду комментировать, когда захочу, черт побери, — раздраженно ответил Эдди.

— Вот как? — сказал судья. — А не хотите ли отправиться в тюрьму за неуважение к суду?

— Я не хочу в тюрьму, но я…

Тогда прошу вас не забываться, — предупредил судья. — Займите свое место и отвечайте на вопросы. Вы находитесь в государственном суде, как гражданин страны. А я здесь судья и готов применить силу, чтобы обеспечить уважение к суду.

На несколько минут в зале повисла мертвая тишина. Судья сердито разглядывал свидетеля.

— Хорошо, продолжайте, мистер Мейсон, — сказал он наконец.

Адвокат продолжал:

— За последние тридцать дней, перед пятнадцатым числом этого месяца, вы вкладывали деньги в какой-либо банк?

— Нет, — сердито ответил свидетель.

— У вас с собой все двадцатидолларовые банкноты, которые вы заработали за последние шестьдесят дней?

— Да. И я думаю, что заставить меня принести эти деньги сюда — значит пригласить бандитов прийти и ограбить меня, и…

Судья постучал молотком.

— Еще одно лишнее слово — и свидетель получит срок за неуважение к суду. А теперь достаньте ваши двадцатидолларовые купюры, мистер Эдди, и положите их на стол клерка.

Промычав себе под нос что-то невнятное, Эдди со стуком положил пачку банкнотов перед клерком.

— А теперь, — сказал адвокат, — мне потребуется небольшая помощь. Моя секретарша мисс Стрит и судебный клерк помогут мне сверить номера этих банкнотов. Я выберу несколько штук наугад.

Мейсон взял три двадцатидолларовых банкнота и сказал:

— Попрошу моих ассистентов проверить банкноты по списку номеров, представленному здесь в качестве вещественного доказательства. Я держу в руке двадцатидолларовую купюру с номером L 07083274 А. Есть такой номер в списке? Следующий банкнот, который я держу в руке, имеет номер L 07579190 А.

— Этот номер в списке на листе 8, — сказала Делла Стрит.

— Что?! — воскликнул прокурор.

— Так я и думал, — улыбаясь, сказал Мейсон. — Значит, если человека обвиняют просто потому, что у него есть деньги, украденные пятнадцатого числа этого месяца, тогда суд должен обвинить и нашего свидетеля Джорджа Эдди, господин окружной прокурор.

Эдди вскочил со свидетельского кресла, затряс кулаком перед лицом Мейсона.

— Проклятый лжец! — завопил он. — Все эти банкноты были у меня еще до пятнадцатого. Кассир компании меняет мои деньги на двадцатки, потому что я предпочитаю крупные банкноты. Я прячу их в банках и пишу дату на каждой банке!

— Вот список, — невозмутимо сказал Мейсон. — Проверьте сами.

В зале суда повисла напряженная тишина. И судья, и зрители молча ждали.

— Боюсь, я ничего не понял, мистер Мейсон, — наконец прервал тишину судья Хэсвел.

— На самом деле все очень просто, — ответил адвокат. — А сейчас я предлагаю сделать часовой перерыв и сверить остальные банкноты со списком. Думаю, окружного прокурора ждет большой сюрприз.

Затем Мейсон уселся на свое место и принялся складывать бумаги в портфель.

Делла Стрит, детектив Дрейк и Мейсон сидели в вестибюле отеля «Айвенго».

— Ну когда же вы все нам расскажете? — нетерпеливо спрашивала Делла Стрит.

— Или нам придется все выпытывать у тебя в час по чайной ложке? Откуда у мусорщика… — начал детектив.

— Одну минуту, — ответил Мейсон. — Кажется, уже готовы результаты. Вот появился уважаемый окружной прокурор Верной Флешер в сопровождении судьи Хэсвела.

Оба джентльмена подошли к Мейсону и отвесили холодный, официальный поклон.

Мейсон встал.

Судья Хэсвел начал торжественным голосом, который приберегал для судебных заседаний:

— Произошло неприятное происшествие. Кажется, мистер Фрэнк Бернал…

— Где-то задержался, — закончил прокурор Верной Флешер.

Исчез, — сказал судья Хэсвел. — Скрылся.

— Так я и думал, — удовлетворенно произнес Мейсон.

— А теперь расскажите, пожалуйста, каким образом вы надавили на мистера Бернала.

— Один момент, господин судья, — перебил его Мейсон. — Единственное давление, которое я оказал на него, был допрос.

Вы знаете, что в списках была допущена ошибка в датах?

— Никакой ошибки, — сказал адвокат. — Когда вы найдете Бернала, я уверен, что обнаружится намеренная фальсификация. У него была крупная недостача, и он знал, что его ждет разоблачение. Только сто тысяч наличными могли выручить его из отчаянного положения. Очевидно, он уже давно планировал эту кражу со взломом. Или, скорее, хищение. Он узнал о судимости Корбина. Договорился с банком, чтобы ему поставляли списки номеров банкнотов. Установил сигнальную систему и, естественно, знал, как ее обойти. Управляющий нанял ночного сторожа, зная о его пристрастии к выпивке. Оставалось только осуществить его план в подходящее время. Бернал выгнал Корбина и заплатил ему банкнотами, зафиксированными на восьмой странице списка купюр, предназначенных для выплаты зарплаты на первое число месяца. Затем управляющий уничтожил восьмую страницу из списка банкнотов, приготовленных на пятнадцатое число, и подменил ее восьмой страницей из списка за первое число. Затем передал его полиции. Все очень просто. Наконец, Бернал подмешал снотворное в виски ночного сторожа, взял ацетиленовую горелку, прожег отверстие в дверце сейфа и забрал все деньги.

— Позвольте, откуда вам все это известно? — требовательно спросил судья Хэсвел.

— Пожалуйста, — ответил адвокат. — Мой клиент рассказал, что получил эти банкноты от бухгалтера Несбита, который взял их из ящика в сейфе. То же самое он сказал шерифу. Я был единственным, кто ему поверил. Видите ли, ваша честь, иногда имеет смысл верить людям. Даже если в прошлом они совершали ошибки. Предположив, что мой клиент не виновен, я понял, что преступником должен быть или Бернал, или Несбит. Нужно также учесть, что только у Бернала в руках были списки номеров банкнотов за предыдущие месяцы. Как и все сотрудники, управляющий компанией получил зарплату первого числа этого месяца. Он посмотрел номера двадцатидолларовых купюр из своей зарплаты и обнаружил, что они перечислены на восьмой странице списка за первое число. Теперь Берналу нужно было взять все двадцатидолларовые банкноты из ящика в сейфе и подменить их банкнотами из своей собственной зарплаты, затем вызвать Корбина и уволить его. Таким образом ловушка была готова.

Я дал ему понять, что знаю правду, когда вызвал мусорщика Эдди в суд. Тогда я попросил сделать перерыв. Только для того, чтобы дать Берналу шанс исчезнуть. Как вы знаете, побег считается доказательством вины. Это моя профессиональная любезность окружному прокурору. Она пригодится ему, когда Бернала арестуют.