# Алиса на планете загадок

Кир Булычев

## Кир Булычев. Алиса на планете загадок

Алиса Селезнева с папой возвращались на корабле «Пегас» из космической экспедиции за редкими животными для Московского Космозо.

Может быть, вы еще не знаете, что Космозо — это космический зоопарк, который откроют в Москве через сто лет. Космозо — одно из самых удивительных мест в Галактике. Сюда прилетают туристы и ученые со всего Млечного Пути.

Для того чтобы поддержать славу Космозо, каждый год его директор профессор Селезнев улетает в экспедицию на дальние планеты. Иногда он берет с собой дочку Алису.

Вот и на этот раз экспедиция была удачной. Настолько удачной, что даже механик Зеленый, страшный пессимист, от которого радостного слова не услышишь и который вместо «Как поживаете?» всегда говорит: «Что у нас плохого?», на этот раз заявил, что бывал в экспедициях и похуже. А это в его устах — похвала высшего разряда!

В клетках, аквариумах, на мягких подушках и на искусственных облаках в Космозо летели шестьдесят шесть животных. Обо всех и не расскажешь. Но о некоторых стоит хоть два слова сказать.

Например, вы когда-нибудь слышали о Пузике Гигантском? Я тоже раньше о нем не слышал. Он лежит на полке в трюме «Пегаса». Похож он больше всего на синюю горошину с глазками. Но стоит ему увидеть страшный сон, Пузик глубоко вздыхает и надувается воздухом. Он становится шаром размером с медведя. В такие грустные моменты к нему ни в коем случае нельзя подходить. Ведь у него такая тонкая шкурка, что дотронешься пальчиком — лопнет редкое животное!

В том же трюме в уголке спряталась Чихалка с Валипуки Двойной. На Валипуке, как всем известно, — страшные сквозняки. От этого чихалки всегда простужены. И чихают они так сильно, что выворачиваются наизнанку. А чтобы не погибнуть, они вырастили себе ноги, глаза, уши и даже короткую шерсть внутри тела. Так что теперь им нестрашно: чихнул, вывернулся наизнанку и дальше побежал. Снова простудился, снова чихнул, снова вывернулся наизнанку…

В отдельной каюте на двух подстилках лежат половинки собак с планеты Пенелопа. Именно так! На той планете живут собаки, которых целиком никогда не увидишь. Передняя половинка собаки живет сегодня, а задняя — вчера. Они и сами себя никогда еще целиком не видали.

О ком еще рассказать? Есть на «Пегасе» клетка с редчайшим животным — Бумбаисиком непрозрачным. На клетке написано: «К сожалению, Бумбаисик непрозрачный вымер. Последнего убили охотники тридцать лет назад». Сами понимаете — никого в той клетке нет.

А вот в клетке Стрелка желтоголового висит пробочная мишень. Стрелок похож на дикобраза. У себя на родине он охотится так: увидит мышь — поворачивается к ней боком, стреляет длинной иголкой. И убил! Стрелок желтоголовый может попасть иглой в мышь на расстоянии в сто шагов. А так как на корабле ему скучно, он тренируется, стреляет иголками в мишень.

Всего животных на корабле было шестьдесят шесть. И всех надо было купать, кормить, чистить, развлекать — так что члены экипажа «Пегаса» — профессор Селезнев, его дочь Алиса, механик Зеленый и капитан Полосков были заняты с утра до вечера.

А когда подлетали к Солнечной системе и уже вздохнули с облегчением, надеясь как следует выспаться дома, приемник космической связи включился и на его экране появилось чудовище, подобного которому даже в Космозо нет.

— Кто живой на «Пегасе»? — громовым голосом спросило чудовище. — Почему никто не радуется, что я вам позвонил?

— Еще как радуемся, Громозека! — закричала Алиса. — Где ты, что делаешь, когда прилетишь в гости?

Большой друг Селезневых космический археолог Громозека расхохотался от радости. Он обожает Алису.

Громозека немного похож на лилового слона, только вместо передних ног у него несколько пар толстых щупальцев, у него восемь круглых глаз, каждый с яблоко, а в его пасти мог бы уместиться мотоцикл, если бы Громозека питался мотоциклами.

Незнакомые с Громозекой люди и инопланетяне обычно падают в обморок от ужаса, когда в первый раз видят этого ученого. Громозека специально возит с собой бутыль валерьянки, чтобы отпаивать случайных знакомых. Сам он тоже пьет валерьянку, но не больше чем четыреста капель сразу, чтобы не нервничать на работе.

Зато друзья Громозеки, а их в нашей Галактике 321678, знают, что добрее, веселее и вернее друга им никогда не найти.

Всю жизнь Громозека летает от планеты к планете, раскапывает погибшие и забытые города и дворцы, устраивает всюду музеи и выставки, выступает на конгрессах, конференциях и в детских садах. Лишь изредка ему удается попасть на родную планету Чумароз к жене и детишкам. Но не успеет он умять пирог с малиной, который лучше всех на свете печет его жена, запить валерьянкой и улечься с книжкой у телевизора, как у него в кармане звонит телефон и слышен чей-то голос: «Громозека, спеши сюда, ты нам нужен!» Жена плачет, дети стонут, а Громозека целует семью на прощание и улетает за тысячу парсеков спасать какого-нибудь котенка или откапывать подводный город.

Вот этот лучший друг Селезневых вызвал их по космической связи и сказал:

— Дорогие друзья! Мне удалось отыскать удивительно интересный город. Ничего более загадочного я в жизни не видал. Селезнев, загляни ко мне по дороге, не пожалеешь.

— Прости, Громозека, — ответил профессор Селезнев. — Но «Пегас» переполнен зверями, о которых надо заботиться, и я не могу их покинуть.

— Какая жалость! — взревел Громозека.

Он достал бутыль валерьянки и отхлебнул из нее ровно четыреста капель. И тут у Громозеки появилась идея:

— Селезнев! — сказал он. — Отпусти ко мне Алисочку. Клянусь всеми моими щупальцами, ей будет очень интересно. И я очень хочу, чтобы Алиса подружилась с моим сынишкой Оромозиком, которого я взял с собой на раскопки. Пора ему приучаться к отцовской профессии.

— А как Алиса доберется до тебя и вернется потом домой? — спросил Селезнев.

Алиса даже подпрыгнула от радости. Если папа спрашивает о том, как ей возвращаться домой, значит он уже решил отпустить ее к археологам. А ей, как вы понимаете, очень хотелось посмотреть на загадочный город и познакомиться с Оромозиком.

— Я все рассчитал, — ответил Громозека. — Через полчаса мимо вас пролетит крейсер Галактического патруля, я уже договорился с капитаном, что он возьмет с собой маленькую девочку, без которой я так скучаю, и завезет ее ко мне, а через пять дней я лечу в Москву на конференцию по каменным топорам и возьму Алисочку с собой.

— Ах ты, старый хитрец! — засмеялся Алисин папа. — Значит, ты с самого начала знал, что я не смогу полететь, но отпущу к тебе Алису?

— А то как же! — ответил Громозека и захохотал так, что космическая связь отключилась.

Так Алиса попала в экспедицию Громозеки на безымянной и совершенно пустынной планете.

Громозека был безмерно счастлив, что видит свою любимицу. Он подхватил гостью щупальцами и понес в столовую. Ведь он считает, что все гости умирают с голода. Сам-то он не только валерьянкой питается. Он съедает четыре обеда в день и еще ночью встает, чтобы пошарить в холодильнике.

Остальные археологи, которые как раз сидели в столовой и доедали компот, обрадовались гостье. Ей принесли чашку, которую даже поднять было нелегко. Алиса только хотела попросить чего-нибудь поменьше, как услышала голос:

— Я тебе помогу.

На соседнем стуле сидела маленькая копия Громозеки. Копия взяла чашку и залпом ее осушила.

— Как тебе не стыдно, Оромозик! — закричал Громозека.

— Гостям надо помогать, — ответил его сын.

Так Алиса познакомилась с сыном Громозеки, которого папа учил археологии. Но Оромозик не хотел учиться. Он решил стать великим певцом. К сожалению, голос у него был хоть и громким, но не очень красивым, и когда он начинал петь, археологи разбегались с раскопок, птицы улетали за горный хребет, рыбы уходили на глубину, даже муравьи прятались в муравейниках.

После обеда Громозека повел Алису смотреть на раскопки.

По дороге он рассказал ей:

— Археологи раскапывают древние города и крепости, они помогают историкам понять, как раньше жили люди, как они одевались, на каких кроватях спали и из каких кувшинов пили воду.

— Я знаю, — сказала Алиса.

— Я тоже знаю, — сказал Оромозик, который увязался за ними.

— Планета, на которую мы попали в этот раз, — продолжал Громозека, — меня очень удивила. Я уверен, что на ней никогда никто не жил. Населен был только большой остров в середине океана. На нем мы с тобой и находимся. На этом острове мы раскопали много интересных и таинственных вещей. Я тебе все это сейчас покажу. Но главное — никто из нас не может понять, что эти вещи означают.

Громозека остановился на краю поля, с которого роботы сняли траву и землю. А под землей они нашли остатки разных зданий.

— Видишь, Алиса, — сказал Громозека. — Вон там был круглый дом, который мы называем цирком. Вон там дальше остатки большого зала. Он похож на театр. А вон там всевозможные круги и полосы, как будто кто-то строил здесь карусели. И ты не поверишь, но мы до сих пор не нашли ни одного дома, в котором можно жить, не нашли ни одной фабрики или завода. Совершенно непонятно, где жители этой планеты работали и ночевали.

— Они никогда не работали, — сказал Оромозик, — они целыми днями пели. Как жалко, что они меня не дождались! Я бы стал петь вместе с ними.

— Оромозик, умоляю, только не пой! — попросил его отец. — Когда ты поешь, у меня все мысли вылетают из головы.

Оромозик не обиделся, а быстро полез по ноге отца, забрался в большой боковой карман, и оттуда послышалось хрустение.

— Мой мальчик так любит ванильное печенье, — сказал Громозека, — что я всегда с собой его ношу.

Показав раскопки, Громозека повел гостью смотреть на вещи, которые экспедиция выкопала из земли.

Вещи лежали на большом длинном белом столе в самой большой палатке.

— Это совершенно необыкновенные находки, — сказал Громозека. — Что мы обычно находим? Разбитые кувшины, ножницы, бусы, водопроводные трубы, гвозди, прекрасные статуи и ночные горшки.

— Папа! — послышался голос из кармана Громозеки. — Я запрещаю тебе говорить при нашей гостье о таких ужасных вещах, как ночные горшки и памперсы.

— Ах, прости, Алиса, я не подумал!

— А я и не обиделась, — сказала Алиса. — Рассказывай дальше, Громозека.

— Погляди, что мы здесь раскопали, — продолжал Громозека.

Алиса пошла вдоль стола, рассматривая находки археологов.

— Что это? — спросила Алиса, показав на целую армию стаканчиков.

— Это просто стаканчики для лимонада и других сладких напитков. Здесь их тысячи.

— А это похоже на компьютерную игру, — сказала Алиса.

— Правильно, — сказал Громозека. — Только она сломанная, и потому ее бросили или забыли. А вот это все — фантики от конфет. А это…

Оромозик высунулся из кармана и крикнул:

— Это кепочка от солнца, я знаю! Только козырек потерялся.

Потом Алиса увидела много мячей, от большого, в обхват, до совсем маленьких. Они были разноцветные, некоторые разорваны, раздавлены, а другие почти как новые.

— А на самом дальнем конце раскопок, — сказал Громозека, — мы отыскали коробку. Хочешь поглядеть?

Громозека протянул Алисе большую плоскую коробку. Совсем новую. Внутри коробки лежали толстые фломастеры. Шесть фломастеров: голубой, зеленый, желтый, красный, лиловый и черный.

Алиса любит рисовать, и ей захотелось попробовать ископаемые фломастеры, но она знала, что археологические находки нельзя хватать руками.

Сначала надо узнать, кто жил раньше на планете, куда эти жители делись и зачем им понадобились фломастеры. Может, они раскрашивали лица на маскараде? А потом они погибли или улетели?

Алиса положила коробку на стол и принялась смотреть на другие находки. Она разглядывала их, но все время снова оборачивалась к коробке с фломастерами

— уж очень они ей понравились.

Оромозик высыпал из кармана отца крошки от ванильного печенья, потом вывалился сам, грохнулся на землю, но не ушибся, подкатился к Алисе и сказал:

— Гулять пойдем или как?

Алисе не хотелось обижать малыша, и она согласилась:

— Пойдем, погуляем.

— Только далеко не отходите, — сказал Громозека.

— Разве здесь есть опасные звери? — спросила Алиса.

— Здесь нет никаких зверей — ни опасных, ни безопасных.

Алиса с Оромозиком пошли по тропинке, которую протоптали археологи, и вышли на берег озера с теплой водой. На берегу озера сидел котенок с одним большим голубым глазом посреди лба.

— Здравствуй, Алиса, — сказал котенок. — Мы с тобой незнакомы, но нам придется еще не раз встретиться. Меня зовут Рррр, я археолог и друг Громозеки. Я не смог тебя встретить, потому что я заядлый рыболов и все свободное время провожу с удочкой.

— А рыбы в озере нет! — закричал Оромозик.

— Попрошу потише, — обиделся котенок Рррр. — Правда, я еще не поймал ни одной рыбки, но ведь это ничего не значит. Может, мне просто не везет.

— А на что ловите? — спросила Алиса.

— Обычно я ловлю на червя, — сказал археолог, — но здесь черви не водятся, так что я ловлю на голый крючок.

Археолог Рррр вытащил крючок из воды, поплевал на него и закинул снова в озеро.

— Вы не будете возражать, — спросила Алиса, — если мы с Оромозиком искупаемся?

— Купайтесь, дети, — ответил археолог, — только отойдите подальше, а то вы мне всю рыбу распугаете.

Он подумал немного, вздохнул и добавил:

— Если она в этом озере есть.

Алиса быстро нашла небольшой песчаный пляж. Отличное место для купания.

Вода в озере была теплой и щекотала кожу, потому что со дна озера били роднички, отчего вода пенилась.

Оромозик тоже пошел купаться, но ему очень трудно плавать. Он ведь круглый и очень легкий. Он не мог погрузиться в воду, а плавал, как футбольный мяч.

Так что Алиса плыла вперед и подталкивала Оромозика перед собой.

Плыть было приятно, спешить некуда, и поэтому они разговаривали.

Оромозик рассказал, как здесь работают археологи, и признался, что будет знаменитым певцом. Алиса рассказала про экспедицию за космическими животными и о том, что она хочет стать биологом, то есть изучать животных.

— А еще я знаю, — сказал Оромозик, — что ты любишь рисовать.

— Почему ты так решил?

— Нет, ты признайся, любишь рисовать или как?

— Люблю.

— Я догадался, потому что ты по-особенному на фломастеры смотрела. Как на коробку с конфетами. Хочешь я их для тебя утащу у папы?

— Ни в коем случае! — испугалась Алиса. — Ты можешь нанести вред науке. К тому же брать чужие вещи нехорошо!

— Но ты порисуешь, а потом мы положим фломастеры на место. И никто даже не заметит.

— Нет, нельзя.

— А если спохватятся, то я скажу, что это я взял. Пускай меня отшлепают. Мне не больно.

— Лучше я потерплю до дома и там возьму собственные краски.

— Значит, не хочешь или как?

— Не хочу и никак.

— Тогда давай нырнем.

— Как же ты нырнешь?

— А ты надави мне на голову. Как следует.

Алиса попыталась затолкать Оромозика в воду, но он погрузился только наполовину, и тут вода с такой силой вытолкнула шар, что он подпрыгнул над водой и Алиса выскочила из воды по пояс.

— Спасибо, — сказал Оромозик. — Теперь я тебе за это спою что-нибудь громкое.

И он запел таким противным голосом, что Алиса не вытерпела, нырнула и проплыла под водой метров пятьдесят. Но даже на таком расстоянии все было слышно. Какое счастье, подумала Алиса, что в озере не водится рыба, а то бы она сдохла от этой песни.

— Я больше не могу! — закричал с берега археолог Рррр. — Я сматываю удочки!

Но Оромозик ничего этого не слышал. Бывают такие певцы, особенно среди птиц, которые, когда поют, ничего вокруг не слышат — подходи и бери голыми руками. Поэтому, кстати, глухаря и зовут глухарем.

После купания Алиса вернулась на раскопки.

Громозека разрешил ей поработать, чтобы не сидела без дела.

Алисе дали лопатку и широкую упругую кисть. Перед Алисой шел робот, который раскапывал и рыхлил землю. Если попадалось что-то новое, робот отходил в сторону и замирал, а Алиса приступала к настоящим раскопкам.

Она начинала тщательно отчищать вещь от земли.

Сначала ей попалась золотая монета с не известной никому надписью, потом черепок от чашки с цветочком.

Узнав о черепке, притопал Громозека.

— Ты сделала замечательное открытие! — проревел он. — Ведь по этому цветочку мы сможем отыскать планету, где он растет, и открыть тайну этого пустыря.

Громозека называл планету, на которой вел раскопки, пустырем, раз на ней не было ни одного города, завода или дворца.

Черепок отнесли к компьютеру, чтобы тот занялся поисками.

Стало жарко. Алиса почувствовала, что устала. Она отошла в тень куста.

Тут прибежал Оромозик, который на жару не обращал внимания.

— Отдыхаешь? — спросил он.

Алиса кивнула.

— Лимонаду тебе принести?

— Спасибо, я сама схожу.

Оромозик сложил на пузе щупальца и задумался.

— Понимаешь, в чем проблема! — произнес он наконец. — Ты мой лучший друг. Я голову сломал, чтобы придумать, чем бы тебя порадовать. Но до сих пор почти ничего не придумал. Скажи, что мне сделать, чтобы ты меня полюбила хотя бы в десять раз меньше, чем я тебя люблю. Хочешь, я буду петь для тебя с утра до вечера?

— Только не это! — воскликнула Алиса. Но ей не хотелось обижать Оромозика, и поэтому она сказала неправду: — Когда я тебя слушаю, я забываю обо всем остальном.

— Ладно уж, — сказал Оромозик, который уж было приготовился петь и раскрыл пасть, слишком большую для такого маленького ребенка. — Я все равно придумаю для тебя чудесный подарок.

Он ушел, а Алиса прилегла на жидкую травку, солнце припекало, его лучи пробивались сквозь листву куста, жужжали какие-то мелкие насекомые, которым и дела не было до людей… И Алиса незаметно для себя заснула.

Надо тут признаться, что Алиса тысячу раз старалась поймать тот момент, когда она засыпает. Вот, бывает, хочется ей спать, она лежит и не спит. Она считает до ста — и не спит, а потом вдруг просыпается. Как проснулась

— помнит. А как заснула — ни разу не поймала этого момента.

Вот и в тот раз — она проснулась.

Не заметив, как заснула.

Небо затянуло облаками, надвигался вечер, от столовой доносились звон ножей и вилок. Мимо прошел археолог Рррр, который нес поднос с находками. Значит, он не все время рыбачит!

Алиса вскочила и побежала умыться.

Потом она увидела голову Громозеки, который не помещался в раскоп. Он трудился как экскаватор, только поток земли ложился валиком рядом с ним.

— Как дела? — спросила Алиса.

— Кажется, я нашел стул, — сказал археолог. — Надо его очистить и достать до ужина.

Солнце клонилось к закату.

Где же мой друг Оромозик?

Оромозика нигде не было видно.

Наверное, он тоже лег поспать.

— А где твой сын? — спросила она Громозеку.

— Только что тут был, сорванец, — ответил Громозека. — Если его увидишь, скажи, чтобы руки мыл и спешил обедать.

Громозека вздохнул и добавил:

— Я ума не приложу, что скажу нашей маме, когда мы вернемся из экспедиции. Боюсь, что Оромозик так похудел, что его придется класть в больницу!

— Неужели он был еще толще, чем сейчас! — воскликнула Алиса.

Громозека задумался.

— Значит, ты не думаешь, что мой мальчик исхудал?

— Я так не думаю.

— А ты сама еще не обедала. Ты сама исхудала! — переключился Громозека на Алису. Он вылез из раскопа и велел Алисе следовать за ним в столовую.

— Сейчас я заставлю тебя есть суп, — сообщил он. — Я знаю, что все дети не любят суп, я сам был ребенком и сам его не выносил. Я прослежу, чтобы вы с Оромозиком питались полноценно. Кстати, где мой малыш? Ты его не видела?

— Я же говорила…

— Ах да, ты его сама искала… И это становится тревожным. И знаешь, почему?

— Почему?

— Потому что на этой планете совершенно невозможно потеряться или заблудиться.

Громозека говорил громко, как будто себя уговаривал. А на самом деле разволновался так, что посинел.

— Оромозик! — закричал он так, что горы на горизонте зашатались. — Немедленно иди домой, паршивый мальчишка!

Никакого ответа. Все замерло, даже солнце остановилось и не опускалось к горизонту, чтобы не наступила темнота. Даже природа перепугалась. Помолчав минуты две, все начали кричать снова.

— Оромозик! — разносилось над планетой. — Оромооооо-зик!

И эхо повторяло:

— Оромозик! Домой немедленно!

Вдруг все побежали в палатку, где спали Громозека с сыном. Палатка была большая, как сарай.

В палатке царил беспорядок. Круглое лежбище Оромозика было измято, подушки разбросаны по полу…

— Профессор Громозека! — воскликнул археолог Рррр. — Обратите внимание.

И тут все увидели, что на песчаном полу палатки палочкой нацарапано:

> МЕНЯ УРКАЛИ…

— Он успел написать почти без ошибок, — зарыдал Громозека. — Его тащили, а он продолжал писать, отличник ты мой дорогой!

Пытаясь перекричать рыдания Громозеки, Алиса спросила у Рррр:

— Вы уверены, что на этой планете нет разумных существ?

— Разумеется, — ответил Рррр, — перед тем как начать раскопки, мы все проверили. Если здесь и были когда-то разумные существа, то последнее из них улетело или сгинуло тысячу лет назад. И как вы уже знаете, Алисочка, здесь даже махонькой рыбки не поймаешь, даже комаров почти не осталось.

— Значит, Оромозика некому было похитить?

— Совершенно некому.

— А вдруг сюда незаметно прилетели космические пираты? — спросила Алиса.

— Наши приборы наверняка бы их засекли, — сказал котенок Рррр. — Да и зачем им сюда прилетать? У нас ведь грабить нечего.

— Я не согласна. Они могут прилететь сюда, украсть Оромозика или хотя бы меня, а потом потребовать выкуп.

— Ах, Алиса, не нервируй меня, — вмешался Громозека. — Никого здесь нет, никого, кроме нас. И это ужасно. Потому что мы не знаем, кто виноват.

— А может, его никто не похищал? — спросила Алиса.

— Если никто не похищал, то почему он написал эти страшные слова на песке?

Тут все встрепенулись и разбежались в разные стороны искать Оромозика. Громозека велел Алисе не отходить от него ни на шаг. Он совсем не желал, чтобы ее тоже похитили.

До самой темноты археологи бегали и ездили на вездеходах по окрестностям, обследовали весь лес и озеро, голоса сорвали, крича, но никаких больше следов малыша не обнаружили.

Только когда стемнело, возвратились в лагерь.

Вокруг летали светлячки и золотые цикады, горели фонари, было тихо, уютно, но все были так расстроены, что даже ужинать почти не стали.

Так, выпили по чашке чаю и улеглись по палаткам.

Только не спалось.

Тяжело вздыхал и сопел Громозека, представляя, каково его малышу спать в холодном лесу на скользких камнях, мяукал от кошмаров археолог Рррр, ворочались и стонали остальные археологи.

Утром обнаружилось, что Громозека за ночь так похудел, что у него с ног на каждом шагу падали ботинки.

Помывшись, археологи побрели в столовую.

И вдруг Рррр, который шел первым, вскочил на стул и схватил со стола бумажку.

— Записка! — сообщил он.

Громозека тут же отобрал у него записку и прочел вслух:

«МЕНЯ ОХИТИЛИ ТРЕБУЮТ ВЫКУП ЦВИТНЫЕ ФЛАМАСТЕРЫ С РАСКОПОК ПОЛОЖИТЕ ВЫКУП НА КАМЕНЬ ЗА ОЗЕРОМ НО НЕ ПОДГЛЯДЫВАЙТЕ ПУСКАЙ ВЫКУП ПРИНЕСЕТ АЛИСА В СЕМЬ ТРИДЦАТЬ УТРА ЕСЛИ БУДЕТЕ ВЫСЛЕЖИВАТЬ АЛИСУ ОНИ МЕНЯ НЕ ПОЖАЛЕЮТ И УБЬЮТ МЫ ВСЕ ПОД НАБЛЮДЕНИЕМ ПРОЩАЙ ПАПОЧКА ТВОЙ ОРОМОЗИК».

Пришлось потратить минут десять, прежде чем удалось утешить Громозеку. От его слез началось небольшое наводнение и затопило кухню.

— Это почерк моего сына! — кричал Громозека. — Это его любимые грамматические ошибки, из-за которых его чуть было не оставили на второй год в первом классе. Я найду этих злодеев и задушу собственными щупальцами!

— О, нет! — закричали археологи. — Не надо их искать. А то они растерзают нашего любимого Оромозика.

— Я схожу и отнесу фломастеры, — сказала Алиса. — И ничего не случится. Потому что на планете никого нет.

— Я не допущу! — Громозека сгреб Алису в объятия и попытался убежать с ней в палатку, но Алиса знала, как обращаться с Громозекой. Она начала щекотать его под щупальцами, и Громозека не выдержал, захихикал и отпустил девочку.

Алиса кинулась было к складу, где хранились находки, но Громозека ее перехватил.

— Что я скажу твоему папе? — спросил он.

— Ничего особенного.

— Оставайся здесь, я пойду к этим негодяям сам, отдам им фломастеры и скажу: ешьте меня вместо Алисы и Оромозика!

— Мы принесем фломастеры обратно, — сказала Алиса.

— Нет, нельзя, — вздохнул Громозека. Он уж было почти сдался, но тут вспомнил: — Нельзя их уносить — это не наша собственность.

— Уважаемый Громозека, — вмешался Рррр, — я тебе обещаю: мы будем искать с утра до вечера, мы всю планету перекопаем, но найдем другую коробку с фломастерами.

— Да! — поддержали его остальные археологи. — Жизнь Оромозика дороже всех фломастеров мира.

Но Громозека не сдавался, он рвался спасать сына, но фломастеры не отдавал и Алису в лес не пускал. Что делать? Непонятно.

Пришлось совершить преступление.

Алиса сговорилась с археологами, они достали из аптечки сто снотворных таблеток и подсыпали Громозеке в его гигантскую кружку с чаем. Громозека выпил чай одним глотком, поставил пустую кружку и сказал, что будет сидеть за столом, пока не наступит утро. И потом пойдет на озеро вместо Алисы.

Тогда археологи вытащили из холодильника фляжку с валерьянкой, которую хранил там начальник экспедиции, вылили в кружку, добавили туда ведро лимонада и высыпали остатки таблеток. Алиса сказала:

— Тебе нужны витамины, Громозека.

Громозека залпом выпил вторую кружку.

Все археологи собрались вокруг и ждали — неужели и вторая порция не подействует?

И вдруг Громозека потянулся всеми щупальцами, заморгал восемью глазами и хрипло произнес:

— Пожалуй, перед уходом мне надо полчасика вздремнуть.

И ушел, пошатываясь, к себе в палатку.

Все услышали, как он рухнул на матрац, и тут же послышался его храп.

Алиса могла идти к озеру.

Времени еще было достаточно, и археологи начали давать ей советы. Один говорил, что надо надеть бронежилет, но бронежилета в экспедиции не нашлось. Другой сказал, что к бандитам нельзя идти без пистолета, но пистолета в экспедиции тоже не было.

Потом археологи решили, что они тайком пойдут следом за Алисой и спрячутся в лесу. Если Алисе кто-нибудь будет угрожать, они выскочат все вместе ей на помощь.

— Послушайте, друзья, — сказала тогда Алиса. — Я уверена, что ничего мне не грозит. У меня есть одна теория, но сначала я все же схожу к пещере.

За всеми спорами и разговорами короткая летняя ночь прошла. Начало светать. Археологи показали Алисе дорогу вокруг озера, проводили ее до тропинки и долго махали ей руками, желая счастливого пути.

Хорошо гулять по лесу на рассвете. Особенно по незнакомой планете. Деревья и цветы вокруг незнакомые, но красивые, впереди деревья расступаются, и ты видишь широкую долину.

Алиса не обращала внимания на красоту леса. Она спешила по узкой тропинке, протоптанной археологами, которые ходили на озеро купаться.

Алиса обежала озеро и увидела большой камень плоский, как стол.

Туда Алиса и поспешила.

Надо сказать, что Алиса с самого начала не поверила в историю с похищением Оромозика. Эту каверзу Оромозик подстроил сам. И, возможно, по очень простой причине: он знал, что Алисе хочется порисовать фломастерами, но она не решается. Вот он и решил сделать так, чтобы Алиса принесла фломастеры ради спасения ребенка.

Если все не так, то как вы объясните, что некто страшный, похититель и злодей, хочет получить за мальчика всего-навсего фломастеры? Значит, это сумасшедший похититель.

Алиса подозревала, что участвует в глупой мальчишеской шутке, но не могла же она наябедничать Громозеке на его собственного сына, не так воспитана. Да и не была до конца уверена в своей правоте. Мало ли что бывает в космосе! А вдруг эти фломастеры волшебные?

Алиса положила на теплый серый камень коробку с фломастерами.

Потом открыла ее, чтобы проверить, что все фломастеры на месте.

Каждый из них лежал в своей ячейке, и Алисе захотелось попробовать, как они рисуют. Но она сдержалась и быстро закрыла коробку.

Ничего не случилось.

Прилетел пузатый мохнатый шмель и сел на коробку. Шмель был немного похож на Оромозика, но все-таки это был не Оромозик.

Шмель почистил прозрачные крылья и полетел дальше.

Алиса осмотрелась. Неподалеку темнел вход в небольшую пещеру, справа от нее тянулись заросли кустов. Где же он прячется?

— Оромозик, я здесь! — сказала Алиса. — Я принесла выкуп.

Может быть, ей надо отойти, чтобы не спугнуть похитителей или самого Оромозика?

Она досчитала до ста, но все равно ничего не произошло. Это Алисе совсем не понравилось.

А ведь Алиса думала, что, как только она подойдет к камню, из кустов или из пещеры выскочит Оромозик, подкатится к ней и закричит:

— Мы их одурачили! Теперь рисуй в свое удовольствие.

Но Оромозик не выбегал.

Тогда Алиса решила сама проверить, что таится в пещере.

Она подняла с камня коробку и шагнула в пещеру.

Из кармана Алиса достала пальчиковый фонарик. Она включила его, и сильный, тонкий луч света пронзил темноту пещеры.

Пещера уходила прямо в глубь горы как туннель метро.

Алиса сделала несколько шагов и остановилась. Она прислушивалась.

Ей показалось, что спереди доносятся мелодичные нежные звуки, будто играет скрипка.

Но откуда взяться скрипке в этой пещере?

Дальше Алиса шла осторожнее.

Музыка звучала все ближе, но вдруг Алисе почудилось, что за ней кто-то крадется.

Она замерла. Она всей кожей чувствовала опасность. Недаром ей пришлось побывать на дальних планетах и попадать в опасные переделки. Так что к Алисе даже муха незаметно не подкрадется.

Впереди в стене был выступ. Миновав его, Алиса прижалась спиной к стене и выглянула наружу.

Луч фонарика осветил зубастую морду самого настоящего дракона. Был дракон светлый, словно перепачкался мелом, когда-то у него было три головы, но одну кто-то отрубил, так у дракона оказалось три шеи и только две головы. Наверное, из-за этого, подумала Алиса, он зол на всех людей. Если, конечно, голову отрубил богатырь, а не соперник в схватке за дракониху.

Дракон зажмурился от света фонарика и ускорил шаги.

Значит, здесь есть чудовище! И Оромозик не шутил? И может быть, он уже лежит в животе этого дракона?

Алиса кинулась вперед со всех ног. Дракон поспешил за ней. Он не издал ни звука, даже не рычал. Потолок пещеры был для него низок, так что дракону приходилось бежать на полусогнутых лапах, волоча пузо по полу.

Ничего себе, археологи! — подумала Алиса. А сами сказали, что тщательно исследовали пещеру перед высадкой. Это так непохоже на осторожного Громозеку.

Перед Алисой показался круглый зал. Вбежав в него, Алиса увидела, что дальше ведут два хода. Один широкий, другой совсем узкий.

— Прости и прощай, — сказала Алиса дракону и нырнула в узкий проход.

Дракон сунулся было за ней, но в проход вместилась лишь одна из голов. Дракон беззвучно щелкал зубами. Его глаза горели в ночи как зеленые фонари.

Алиса поспешила дальше — все равно обратно не вернешься.

С каждым шагом потолок хода опускался, стены сходились все теснее.

Вскоре Алисе пришлось стать на четвереньки.

Неужели дракон специально загнал ее в ловушку? Очень похоже.

А вдруг это разумный дракон? Один из драконов и похитил Оромозика и желает заполучить фломастеры, чтобы на досуге рисовать пейзажи.

Алиса посветила фонарем перед собой и сразу увидела на песке след круглой ноги.

Оромозик был здесь! Он тоже пробирался этим ходом!

Ведь никто, кроме него, не носит круглых ботинок, потому что у него слоновьи ноги.

Значит, Оромозик спасся от дракона тем же путем.

Совсем близко звучала нежная музыка.

Все это Алисе не понравилось.

И драконы, и музыка, и следы в пещере.

Алиса проползла несколько метров на четвереньках, и тут ход кончился, уперся в каменную стену. Но перед стеной обнаружилась дыра, из которой и доносилась музыка.

Алиса посветила фонариком в дыру. Внизу была видна вода. Как в глубоком колодце. Это было небольшое подземное озеро.

Прыгнуть или не прыгнуть?

Как с вышки в бассейне. Только вот неизвестно, глубокое ли озеро.

Но ведь малыш Оромозик, конечно же, упал вниз — больше некуда деваться.

Алисе тоже некуда деваться. Сзади ее подстерегает дракон.

Алиса схватилась руками за края отверстия, повисла на пальцах — теперь до воды оставалось метра три-четыре.

Ну что, рискнем?

Алиса отпустила пальцы и солдатиком упала вниз.

К счастью, озерцо оказалось не очень мелким — она лишь коснулась ногами дна и сразу вынырнула. В два гребка она доплыла до берега. И прежде чем выбраться на песочек, обернулась, стоя по колено в холодной воде.

И правильно сделала, что обернулась.

Из озера высунулась морда белого крокодила, который разинул пасть от удивления и выпучил глаза, словно хотел спросить: кто тут падает мне на голову?

Алиса выскочила на берег, прежде чем крокодил сообразил что к чему и схватил ее.

— Мне у вас совсем не нравится, — сказала она крокодилу. — Почему археологи не подозревают, что в пещерах водятся драконы и крокодилы? Как бы вы не загубили моего дружочка!

Крокодил щелкнул зубами и пополз на берег, наверное, давно не закусывал девочками.

— До свидания, — сказала ему Алиса и побежала по берегу озера, пока не отыскала выход из подземного зала, туннель, по дну которого тек небольшой ручеек.

Вскоре туннель привел Алису в обширный высокий подземный зал.

Стены зала переливались зелеными искорками, и их было так много, что можно было выключить фонарик — в зале было почти светло.

В дальнем конце зала было возвышение, на котором расположился оркестр. Оркестр как оркестр, исполнял нежную музыку. Только вместо людей в нем играли большие, как собаки, крысы. Крысы-трубачи, крысы-скрипачи, крысы-флейтисты и медведь-барабанщик. И все белые-белые, в белых костюмах и белых тапочках.

При виде Алисы оркестр прекратил играть, и оркестранты обернулись к Алисе.

— Простите, — сказала Алиса, — вы здесь не видели Оромозика? Он похож на слона со щупальцами, он очень милый и добрый ребеночек.

И тут раздался тихий голос:

— Аааах…

И с потолка упала большая белая летучая мышь.

— Как тебе не стыдно, девочка, — сказал медведь-барабанщик. — Разве ты не знаешь, что у нашей любимой вампирицы такие слабые нервы! От слова «слон со щупальцами» она падает в обморок.

— Простите, — сказала Алиса и поспешила дальше.

Вскоре она оказалась на развилке. Перед ней начинались три одинаковых коридора.

Перед каждым стояло по белой мраморной статуе. Статуи изображали гномов с завязанными глазами.

Алиса решила пойти средним коридором. Но как только она поравнялась со статуей, та сказала:

— Неправильным путем идете, девушка.

Алиса поблагодарила статую и перешла к следующему коридору.

Вторая статуя радостно засмеялась и сказала:

— Правильным путем идете, девушка.

Алиса пошла тем коридором, который через сто шагов уперся в закрытую дверь.

Еще не хватало, подумала Алиса, чтобы дверь оказалась запертой, а сзади появился проклятый дракон.

Но дракон не появился, а дверь со скрипом растворилась.

Алиса зажмурилась от яркого утреннего света. Солнце уже высоко поднялось над седыми горами и осветило унылую серую пустыню.

Сзади послышался шум.

Алиса обернулась и увидела, что белая статуя закрывает дверь. Тут же лязгнул замок.

Алиса сказала:

— Подожди, пожалуйста, может быть, мне надо совсем не сюда.

Но дверь уже была заперта, и Алиса оказалась совершенно одна в пустыне.

Алиса не успела расстроиться, как увидела на песке круглые следы Оромозика. Значит, она на правильном пути!

Она посмотрела вперед. Следы Оромозика уходили вдаль и пропадали в пыли. Ни единого кустика не было видно, ни пальмы, ни холмика. Лишь на горизонте поднимались голые горы. Так что еще неизвестно было, что лучше — попасть на обед дракону или умереть в пустыне от жажды.

По крайней мере у нее есть занятие — догнать и спасти Оромозика.

Следы малыша были неровными, порой расстояние между ними было побольше, порой поменьше, словно малыш устал или боялся чего-то, шел и пошатывался.

От жаркого солнца воздух над пустыней плыл и поблескивал, горы колебались, и казалось, что перед ними тянется полоска воды. Но Алиса знала, что это мираж — горячий воздух над пустыней всегда обманывает путников.

Поэтому, увидев домик посреди пустыни, Алиса не сразу поверила, что он настоящий.

Совсем небольшой домик, наверное, его даже можно назвать хижиной, стоял посреди пустыни. Был он слеплен из глины, с маленькими кривыми окошками, крыша была из сучьев. Домик как будто вырос из этой пустыни, будто его и не построили, а дали ему подняться как грибу.

Алиса побежала к домику, проваливаясь в горячий песок. Маленький скорпиончик увязался за ней и никак не отставал. Алиса порой оглядывалась, а скорпиончик становился все больше и больше.

Алиса досчитала до тысячи, когда, наконец, добежала до дома. Она сразу захлопнула за собой рассохшуюся деревянную дверь. Скорпион с разбегу налетел на дверь, послышался удар. Видно, скорпион сильно вырос.

Алиса осмотрела хижину. Была она маленькой, четыре шага на четыре, а в дальнем углу, прислонившись спиной к стене, сидел Оромозик.

Живой и невредимый.

Только сильно похудевший.

Он протянул к Алисе щупальца. Они дрожали.

— Алисочка… — пробормотал он. — Я думал… Я думал, что умру и никто меня не найдет. Я так боялся… Алисочка, дай мне воды, а то у меня жидкости даже на слезы не хватает.

— Извини, Оромозик, — ответила Алиса, страшно довольная тем, что отыскала малыша. — Но у меня нет с собой воды. Я же не знала, что попаду в пустыню.

— Но ведь ты меня искала?

— Конечно, искала.

— Ты нашла мою записку?

— Ее все прочли, и твой папа сильно переживает.

Малыш всхлипнул.

— Я тоже переживаю. Если бы я знал, что так все плохо кончится, я бы не стал придумывать про фломастеры.

— Я их принесла, — сказала Алиса.

— Лучше бы ты лимонаду принесла, — проворчал несчастный Оромозик.

— Ты сам придумал такое приключение, — ответила Алиса.

В домике потемнело. Алиса посмотрела в окно. В него заглядывал громадный скорпион. Влезть он не мог, но старался развалить глиняную стенку. Алиса поняла, что это — ее преследователь. Как он вырос!

— Я хочу к папе! — закричал Оромозик. — Уйди, проклятое насекомое!

Он так пронзительно закричал, что скорпион отпрыгнул от окна и побежал по пустыне прочь. Алиса поглядела в окошко — на бегу скорпион уменьшался, пока не стал чуть больше муравья ростом и не спрятался за песчинку.

— Перестань ныть, — строго сказала Алиса. — Ты уже не маленький. Твоего голоса скорпионы боятся. Потерпи, скоро нас спасут.

— Нас никто не спасет! Кто догадается искать нас в пещере?

— А как ты туда попал?

— Я тебя ждал на берегу озера, потом захотел спать и забрался в пещеру. Только забрался — вижу страшного дракона!

— Сколько у него было голов? — спросила Алиса.

— Две головы целые, а одна отрубленная, — ответил Оромозик.

— Тот же самый, что и за мной гонялся, — сказала Алиса.

— Я бежал от него, чуть не застрял в какой-то дырке, потом провалился в колодец, а там знаешь кто меня ждал?

— Знаю, — вздохнула Алиса. — Белый крокодил.

— Ну, тебе неинтересно рассказывать!

— А ты крысиный оркестр видел?

— Там медведь на барабане. Он как на меня зарычит! Вот я и убежал сюда. В пустыню. И мы здесь с тобой погибнем.

— Археологи поднимутся на воздушном катере и обязательно нас найдут.

— А мы уже от жажды погибнем, — сказал Оромозик. — Неужели тебе пить не хочется?

— Уже немножко хочется.

— Тогда сделай что-нибудь! Сделай!

— Ну откуда я возьму воду! — рассердилась Алиса. — Нарисую, что ли?

— А то и нарисуй, — сказал Оромозик. — Только чтобы она мокрая была, а не понарошку.

— Чем же я нарисую тебе воду? — улыбнулась Алиса.

— У тебя есть фломастеры, — сказал Оромозик. Даже не задумался. — Где они, ты не потеряла коробку?

— Нет, они здесь, в кармане куртки.

— Тогда рисуй!

— На чем? — спросила Алиса.

— На стене!

— Стена шершавая и неровная — ничего не выйдет.

— Найди что-нибудь гладкое, — потребовал Оромозик.

И тут Алиса поняла, что в одном из окошек вставлено стекло.

Чтобы успокоить малыша, она открыла коробку, выбрала зеленый фломастер и нарисовала на стекле красивую развесистую пальму с кокосовыми орехами.

Оромозик поднялся и подошел поближе. Ему было интересно.

— А теперь нарисуй траву, — велел он.

Алиса послушалась и нарисовала траву вокруг пальмы.

— А где вода? — спросил Оромозик.

Алиса взяла голубой фломастер и нарисовала ручеек, который начинался в траве у пальмы и потек по стеклу до самой рамы.

— Нравится? — спросила Алиса.

Ей самой картинка понравилась и даже показалось, что вода в ручейке движется и течет.

Но Оромозик Алисе не ответил.

Он подбежал к двери и распахнул ее.

— Я сбегаю к ручью, — крикнул он. — Напьюсь и вернусь.

— Оромозик! Ведь это ненастоящая вода, а нарисованная.

Но Оромозик уже выкатился из двери, но тут же влетел обратно.

Он весь дрожал.

— Там… — бормотал он. — Там… честное слово, нам конец пришел!

И Алиса увидела, что к домику через пустыню несется, поднимая тучи пыли, огромный полосатый носорог с красным рогом, заточенным как сабля.

— Сюда! — приказала Алиса. — Лезь в окошко.

Она открыла окошко, на котором была нарисована пальма и ручей, и подтолкнула к нему Оромозика.

И тут она увидела, что на физиономии Оромозика написано изумление и он быстро моргает всеми своими восемью глазами.

— Ой-ой-ой-ой! — бормотал он.

Алиса тоже выглянула в открытое окно и не поверила глазам.

Оказывается, все, что она нарисовала фломастерами на стекле, появилось снаружи на самом деле.

Где была нарисованная трава — росла трава настоящая, где была пальма с кокосовыми орехами, покачивалась под ветерком настоящая пальма, а ручеек не только тек среди травяных берегов, но даже журчал.

— Так не бывает! — закричал Оромозик.

Топот носорога был слышен, словно к ним приближался поезд.

— Лезь в окно! — Алиса попыталась подсадить Оромозика, но разве девочке под силу вытолкать в окошко слоненка?

— Скорее! — кричала она.

В последний момент Оромозик подтянулся щупальцами и вывалился наружу.

Носорог добежал до дома, промахнулся мимо двери и ударил рогом в стену. Рог пронзил стену и высунулся внутрь домика.

Пока носорог вытаскивал рог, Алиса быстренько прикрыла окно и черным фломастером нарисовала на стекле лодку с веслом, как раз посреди ручья.

Носорог вытащил рог и снова разбежался, чтобы разгромить домик и добраться до Алисы. Этого времени Алисе хватило, чтобы открыть окно, выбраться в него и побежать по траве к ручью.

Сзади послышался треск.

Домик упал, словно карточный, и носорог принялся топтать его как злейшего врага. Очень тупое животное — этот белый носорог!

Оромозик уже добежал до ручья, оглянулся и крикнул Алисе:

— Посмотрим, кто-то нам лодочку оставил.

— Садись в лодку! — велела Алиса. — Только не раскачивай ее, а то опрокинешь.

Когда Алиса с Оромозиком уселась в лодку, носорог перестал топтать остатки дома и снова помчался за ними.

Он добрался до берега ручья в тот момент, когда лодочка уже отплыла от берега и медленно двигалась вниз по течению. Алиса помогала ей веслом, чтобы лодку не прибило к берегу.

— Мы вас всех обманули! — закричал Оромозик. — Все вы глупые драконы, крокодилы, носороги!

Но Алиса поняла, что малыш рано радуется. Впереди трава кончалась, ручеек пропадал в песке и снова начиналась пустыня. Ведь Алиса могла нарисовать только кусочек ручья и немного травы — а остальное не поместилось на стекле.

Оромозик об этом не думал. Он перевесился через борт и жадно пил воду.

— Потерпи, — сказала ему Алиса. — Ведь это не настоящая вода, а нарисованная.

— Мне неважно, нарисованная она или настоящая. Главное — она мокрая и чистая.

Лодка доплыла до конца ручья и уперлась в песок.

Там-то ее и поджидал страшный носорог. Он наклонил голову, выставил вперед красный рог и даже бил передней ногой от нетерпения.

Алиса попыталась грести обратно, против течения, но лодка ее не слушалась.

Она видела совсем близко — рукой можно достать — красные злые глазки носорога. Он смотрел на нее в упор.

— Что тебе от меня надо? — спросила она. — Чего ты к нам пристал?

Носорог громко фыркнул.

Все погибло. Никуда не денешься.

— Ныряй! — крикнула Алиса Оромозику.

— Я утону! — крикнул Оромозик в ответ.

Алиса знала, что он не утонет. Но беда была в другом — далеко по нарисованному ручейку не проплывешь. Носорог все равно тебя достанет.

И в этот самый страшный момент, как и полагается в сказках или романах, над головами послышался шум моторов.

На помощь Алисе и Оромозику летел серебряный воздушный катер с лопатой в венке на борту — знаком космических археологов.

Носорог посмотрел наверх, громко вздохнул, поджал голый хвост и побрел прочь.

Катер опустился рядом с ручьем, оттуда выскочил Громозека и еще шесть археологов, все с бластерами, пистолетами, пулеметами, готовые к бою.

— Папа, я больше не буду! — заплакал Оромозик. И кинулся в объятия к своему папе.

Громозека подхватил щупальцами Алису и Оромозика и прижал к своей широченной груди.

— Алиса меня спасла, — сказал Оромозик

— Я знаю, — ответил Громозека. — И я всю жизнь буду ей благодарен, что не остался отцом-сиротой. Скорее летим в лагерь и вы мне все расскажете.

— Подождите, Громозека, — попросила Алиса. — Я тут случайно сделала открытие, и, может быть, оно поможет тебе разгадать тайну этой планеты.

Она повела всех в полуразрушенную носорогом хижину, в которой чудом сохранилось окно со стеклом, на котором была нарисована пальма и ручей.

Алиса рассказала о своих приключениях, а чтобы не было сомнений, она нарисовала фломастером еще одну пальму и потом — елку.

Все пошли к пальме и увидали, что обе пальмы и елка стоят посреди пустыни, на берегу короткого ручья, где все еще покачивается на волнах лодочка.

Громозека забрал фломастеры, и они вернулись в лагерь на катере.

По дороге Алиса рассказала про странного дракона-инвалида, белого крокодила и крысиный оркестр с медведем-барабанщиком.

— Папочка, это было все так страшно, что мы чудом остались живы, — подтвердил Оромозик.

Громозека задумался, а потом спросил:

— Кто-нибудь из этих чудовищ причинил вам вред?

Алиса ответила, что, пожалуй, никто не вредил, а только пугали.

Громозека сказал, что завтра он ответит на все вопросы и разгадает тайны, а сейчас надо обедать, а потом — спать, спать и еще раз спать. Детям нельзя так уставать!

На следующий день за завтраком Громозека рассказал археологам и Алисе, все что он узнал, побывав на рассвете в пещере и испытав фломастеры.

— Дорогие друзья, — сказал он. — Оказывается, мы попали не на следы древней цивилизации, а оказались в детском парке.

— Как так в детском парке? — удивился археолог Рррр.

— Это был Парк приключений неведомой нам великой цивилизации. Сюда собирались дети, играли в фантастические игры. Это были игры, похожие на компьютерные, но все в них происходило по-настоящему. Дети попадали в пещеры, спасались от драконов, пересекали пустыню, где живут страшные звери. Только при одном условии — все эти звери никому не могут навредить. Потому что эти чудовища созданы компьютером, который нам с вами еще предстоит найти. Ведь он продолжает работать, хотя посетителей в Парке приключений давно уже нет. А когда он увидел, что в пещере появились дети, он сразу включил приключения.

— А фломастеры? — спросил Оромозик.

— Это тоже часть игры. Ты можешь изменять условия игры — не все же тебе убегать от драконов. Если ты умный, то измени условия.

— Так Алиса и сделала, — сказал Рррр.

— Папа, давай подарим Алисе волшебные фломастеры, — попросил Оромозик. — Пускай она рисует ручьи и пальмы, когда они ей понадобятся.

— Нельзя, — ответил Громозека. — Находки экспедиции принадлежат науке. Мы должны отвезти их в музей.

— Чем отвозить их в музей, — упрямо сказал Оромозик, — надо научиться делать такие фломастеры для всех детей. Захотел искупаться, нарисовал море, захотел грибов — нарисовал лес, а захотел на лыжах покататься, рисуй снег.

— Может, так и будет, — согласился Громозека. — Но раскопки еще не кончены.

— Жаль, что мне пора лететь домой, — сказала Алиса. — Ведь вам еще предстоит много интересного.

— К тому же, папа, — сказал Оромозик, — учти, что, если бы не дети, вам, взрослым, никогда бы не разгадать тайну этой планеты.

— Может быть, — ответил Громозека.

Ему, как и любому взрослому, очень не хочется признаваться, что дети бывают умнее и сообразительнее, чем их родители или учителя.